В картине «Ной» (2000) Анатолий Гаврилович Костяников переосмысливает библейский образ через поэтическую ассоциацию, которая занимает особое место в тематическом ряду его произведений, где библейские сюжеты трактуются через камерную, почти детскую образность. Художник отказывается от монументальности и драматической тяжести, характерной для традиционных изображений Ноя. Вместо этого он создаёт образ героя, в котором сочетаются мудрость, детская чистота и созерцательность.

Центральная фигура располагается на длинной горизонтали, подчёркивающей эпизодичность и протяжённость времени. Ной представлен не как величественный пророк, а как скромный персонаж тихой, погружённой в медитацию сцены. Он держит в руках ковчег — не гигантский корабль, а его уменьшенный, метафорический двойник, словно игрушечную модель будущего спасения. Такое решение формирует параллель с визуальной традицией самого Костяникова — мир его персонажей часто напоминает театральные «малые миры», построенные по законам внутренней логики художника.

Задний план картины играет определяющую роль. Он составлен из расплывающихся световых пятен, фрагментарных архитектурных силуэтов, абстрактных линий и тончайших цветовых импульсов. Это пространство напоминает преддверие всемирного потопа — хрупкий мир, который уже начал разрушаться. В то же время мягкость цветов — серо-голубых, блекло-желтых, пастельно-розовых — создаёт ощущение тишины перед обновлением. Это не столько катастрофа, сколько переход между мирами.

Сравнивая «Ноя» с другими библейскими работами художника, можно отметить постоянство эмоциональной интонации: Костяников избегает пафоса, но находит в священных сюжетах человеческое и хрупкое. Это особенно заметно в его трактовке ангельских тем, детских персонажей в «небесных» и символических пространствах, а также в работах, где библейская символика появляется в виде сновидческого мотива (например, мотивы «маленького принца» в символическом обрамлении). Как и в этих произведениях, здесь важен не сюжет в его прямом прочтении, а переживание, медитативное ощущение переходности.

В композиции «Ноя» чувствуется стремление художника передать не само события, а его внутренний смысл: необходимость сохранения, памяти и надежды. Лёгкость, мягкая пастозность создают состояние тишины, в которой Ной прислушивается к будущему — к миру, в котором дождь ещё не начался.